- Андрей? - удивилась Альмира и обратилась к Ирбенскому: - Кстати, хотела спросить: почему тебя зовут Игорь?
Ирбенский чуть улыбнулся.
- Мы с братом знали, что нас строят для России. Поэтому решили взять себе русские имена. По первым буквам названий станций, куда нас направят.
- То есть, "И" - Ирбенский, "А" - Астраханский приёмный? - весело блеснула глазами Солейль, сидевшая на столе рядом с принтером и болтавшая босыми ногами. Ирбенский подтвердил:
- Ну... да, как-то так.
Павел Анатольевич подошёл к принтеру, собрал все напечатанные листы и аккуратно уложил в пластиковую папку.
- Надеюсь, это поможет Андрею вспомнить прошлое, - сказал он, подавая папку Альмире. - Я договорился с Виктором Денисовичем, нашим охранником. Он подвезёт вас до "Московской", а там сядете на маршрутку. И лучше выезжать сейчас, а то к вечеру будут пробки. Какая маршрутка ходит до Гатчины, знаете?
- Конечно, знаю, - ответила Альмира. - Я каждое лето приезжаю туда к родителям.
- Да, и вот что ещё, - добавил Павел Анатольевич. - Это очень важно. Альмира, Игорь, во время перехода вам нужно в буквальном смысле держаться друг за друга. Иначе Игоря снова перебросит в Ораниенбаум, к месту швартовки.
- Понятно, - ответила Альмира. Допив чай, она поднялась: - Спасибо, Павел Анатольевич.
- Ну, как говорится, доброго плавания! - Павел Анатольевич пожал руки Ирбенскому и Альмире.
- Я провожу вас! - Соль соскочила со стола. - Мира, когда будете в Гатчине, кинь смску нам с Тинто! Он тоже беспокоится.
- Обязательно кину, - пообещала Альмира. Аккумулятор мобильника, почти полностью разрядившийся во время ночного перелёта, снова был заряжен - Аврора просто подержала его в руках.

Виктор Денисович, пожилой усатый дядька, всю дорогу развлекал Альмиру историями из флотской жизни (он тридцать лет проработал в море). Высадив своих пассажиров напротив Дома Советов, он пожелал счастливой дороги и уехал на старенькой бежевой "Ладе".
Ирбенский старался держаться спокойно, но Альмира видела, что ему непривычно находиться в городе, вдалеке от воды, в окружении монументальных зданий сталинской постройки. Альмира потянула его за руку:
- Игорь, вон наша маршрутка. Пойдём.
- Что это за здание? - Ирбенский указал на грандиозное сооружение с колоннами, украшенное скульптурами рабочих, колхозниц и советской символикой.
- Дом Советов, - ответила Альмира и поторопила: - Вон полупустая "сотка", и уже готовиться уходить. Бежим!

В маршрутке Альмира хотела заплатить за проезд только одного пассажира, отправив Ирбенского вперёд, но водитель, парень с хмурым лицом, спросил:
- Молодой человек с вами?
- Э... да, - поспешно согласилась Альмира, осознавая, что Ирбенского теперь почему-то видят. Расплатившись, она прошла между рядами сидений и подтолкнула своего спутника в спину:
- Давай, садимся. Лучше на задних сиденьях... в смысле, на юте.
"Подальше от лишних глаз и ушей" - подумала она про себя.
Маршрутка тронулась. Ирбенский посмотрел в окно:
- Вот интересно... Как на буксире, только по суше. – Он повернулся к женщине: - Альмира, расскажи мне об Арусе. И ты, и Аврора говорили, что это очень светлый мир.
- Да, Игорь, там хорошо... – Альмира помолчала. - Когда есть время, я всегда возвращаюсь туда, чтобы отдохнуть душой. Да и тебе для успешного Перехода нужно хотя бы немного представлять себе этот мир. - Она улыбнулась: - Ну что ж, попробую изложить историю Аруса за сорок пять минут.
Альмира начала рассказывать - о самой планете, об истории Аруса, начиная с Короля Дилмора, основателя династии Элдакирейль - Старших Королей. Рассказала о рыцарях Сингильда - воинах Сирила, боровшихся с тёмной магией герцога Лагурма. Рассказала о драматическом моменте смены династий и о загадочном Рыцаре Звёздного пламени, защищавшем планету в течение пяти сотен лет.
- Так вот, оказалось, что Рыцарь Звёздного пламени - это Дариэль, последний из Старших Королей. Но когда он исполнил свой долг защитника планеты, он снова вернулся на Арус как человек. Его брак с Королевой Алурой стал воссоединением двух ветвей арусианской королевской династии. Но иногда, если нужно, Король Дариэль появляется в облике крылатого льва или Звёздного рыцаря. Ой, - она глянула в окно, - мы уже в Гатчине и чуть не проехали остановку!

Таща за руку Ирбенского, Альмира поспешила к выходу, когда водитель уже хотел закрывать дверь. Водитель что-то недовольно проворчал вслед, но Альмира и Ирбенский не обратили внимания. Хлопнула закрывшаяся дверца, маршрутка уехала, сворачивая на перекрёстке.
- Проспект 25-го октября, - пояснила Альмира, махнув рукой в сторону дороги. - Главная улица в городе. Справа - Гатчинский парк, слева - дом культуры. В парке очень хорошо летом. И зимой, когда снег, а не так, как сейчас... Блин! - вспомнила она. - Чуть не забыла про смску!
Порывшись в рюкзаке, Альмира вытащила "Самсунг Галакси" в чехле, открыла и начала набирать текст. Не отрывая взгляда от экрана, она напомнила:
- Игорь, на всякий случай возьми меня под руку. Вообще, держись за меня. Здесь неподалёку два портала. Помнишь, что Павел Анатольевич говорил? Без меня тебя может унести обратно в Ораниенбаум.
Ирбенский последовал её совету. Альмира отправила смску и спрятала мобильник в карман.
Они прошли по проспекту в южном направлении, потом, улучив момент, перебежали дорогу. Прохожие удивлённо оглядывались на Ирбенского: в лёгкой рубашке с матросским воротником он выглядел одетым совсем не по погоде.
За домом культуры город кончался: дорога выходила на мост над перешейком, соединявшим два заросших пруда, и дальше поднималась к обелиску, облицованному желтовато-серым камнем. Верхушку обелиска увенчивал золотистый шар.
- Коннетабль, - Альмира указала на обелиск. - Говорят, в обелиске заключена душа человека, бывшего друга императора Павла Первого... Теперь он, как сказала бы Аврора, Хранитель города. Но я не буду сейчас тебе рассказывать эту историю, потому что нам нужно настроиться совсем на другое и подготовиться к Переходу. Нам туда, - Альмира потянула Ирбенского за собой.
Они сошли с тротуара и пошли по грунтовой дороге.
- В чём состоит подготовка к переходу? - спросил Ирбенский.
- Сейчас расскажу. - Альмира посмотрела снизу вверх на своего спутника: - Суть в том, чтобы представить себе место, куда хочешь попасть. Очень чётко, до мельчайших деталей. Образы, звуки, запахи, тактильные ощущения... Теоретически портал можно открыть везде, но на практике гораздо проще это сделать в месте, напоминающем какой-нибудь уголок на Арусе. В такое место мы сейчас и идём.

Дорога вывела на берег небольшого озера, поднимавшийся выше и выше: поодаль, в низине между двумя холмами, располагалось белое здание с красными крышами, напоминавшее уменьшенную копию рыцарского замка.
- Что это? - поинтересовался Ирбенский, кивнув в ту сторону.
- Приоратский дворец, - пояснила Альмира. - Но не смотри на него. Забудь про него вообще. Нам сейчас нужно совсем другое.
Альмира свернула с дороги в сторону озера и потянула за собой Ирбенского. Под ногами зашуршали стебельки высохших трав. Остановившись на краю холма, там, где склон круто уходил вниз к озеру, женщина проговорила:
- Теперь закрой глаза и представь это место летом. Земля, нагретая солнцем, луговые травы, покачиваемые лёгким ветерком, синее небо с белыми облаками, отражающееся в воде. Попробуй не только представить, но и почувствовать. Спокойно, без напряжения. И ни в коем случае не выпускай моей руки!
Ирбенский последовал совету своей спутницы. Закрыв глаза, он попытался представить, что вместо унылого, бесснежного декабря вдруг наступило лето. Это оказалось непросто: образы постоянно менялись, ускользали от внимания, и сосредоточиться на них не получалось.
- Не напрягайся, - напомнила Альмира. - Расслабься. Всё будет хорошо.
Сказав это, она негромко запела. Песня была на незнакомом языке. Ирбенский понял, что это арусианский. Он не понимал ни слова, но песня удивительным образом начала разворачиваться в мысленные картины: зелёные холмы, озеро далеко внизу, мчавшийся на конях небольшой отряд воинов в кольчугах и зелёных плащах...

Он почувствовал, как Альмира потянула его за руку и сделал шаг. В лицо повеял тёплый ветер, наполненный ароматами земли и луговых трав. И вместе с этим на сердце стало легко и спокойно.
- Мы пришли, - сообщила Альмира. Ирбенский открыл глаза.
Они каким-то удивительным образом перенеслись в лето. Но не только - местность вокруг тоже изменилось. Приоратский дворец исчез; вместо него холм прорезал широкий овраг с ручьём, текущим к озеру. И само озеро внизу было шире и чище, чем в Гатчине. На том берегу виднелась гряда пологих холмов, покрытых редколесьем, и дальше зелёная равнина уходила к горизонту. Почему-то Ирбенский чувствовал: там, за линией горизонта - море...
Он оглянулся. Позади холм, образовываший здесь плоскую ступеньку, поднимался выше. Верхушку его увенчивали сложенные из желтовато-серого камня стены и мощные башни с шатровыми крышами.
- Это Ин-Тегельд - Непобедимый, - пояснила Альмира. - Крепость, которая ни разу не сдавалась врагу. Главная цитадель Сингильдийского рыцарского братства... Сингильдийского ордена давно уже нет, но Ин-Тегельд хранит о них память... - Прикрыв ладонью глаза от солнца, она посмотрела на небо: - Похоже, нас встречают.
Вскоре на траву рядом с ними опустился летательный аппарат, формой напоминавший стрижа. На фюзеляже летательного аппарата был герб - парус и восьмилучевая звезда.
- Воздушный катер, - пояснила Альмира. - И судя по гербу, он принадлежит герцогу Илмору.
Дверца откинулась наверх, и из кабины "стрижа" легко соскочил на землю высокий человек в нарядной синей с красным одежде. Его густые волосы пшеничного цвета были собраны в хвост, лицо было открытым и приветливым.
- Герцог Илмор! - обрадовалась Альмира и потянула Ирбенского за собой: - Это Илмор Кельмрильский, он в Королевском совете.
Альмира и герцог Илмор обнялись и быстро заговорили по-арусиански. Удивительно, но Ирбенский обнаружил, что понимает этот язык, хотя у него не было уверенности, что он сам сможет что-то сказать по-арусиански.